КРЕСТ (из сборника Андрея Хорошавина "Здравствуйте люди").

Книжные бестселлеры

08:53
159
КРЕСТ (из сборника Андрея Хорошавина "Здравствуйте люди").

 1

«Я, Джова Чениг, доношу по долгу совести и по приказанию своего духовника, что много раз слышал от доктора Бруна, что бессмертие реально. Что в природе существуют вечно живущие организмы. Что скоро он подарит людям вечную жизнь. Что Христос – это сказка, прикрывающая церковный тоталитаризм. Что церковь тормозит развитие общества…» Далее следовал подробный отчёт о результатах исследований группы доктора Бруна, за вчерашний день.

Дослушав сообщение, Великий Инквизитор отключил транслятор и опустил голову. Остроконечный капюшон его чёрного плаща полностью скрывал лицо. Видны были только острый подбородок, обтянутый бледной кожей да тонкие синюшные губы. Кисти рук, покрытые морщинами и старческими пятнами, сжимали золотое распятие.

В помещении стоял полумрак. Сверху бесшумно опускался прохладный, очищенный ионными фильтрами воздух. От этого пламя толстой восковой свечи плавно покачивалось, изгибая тени на стенах, а от распятия на мраморные плиты пола падали тусклые блики. У дверей застыли два киборга.

Сюда ежечасно стекалась вся информация, собранная братьями о еретиках. Неосторожно брошенное в сторону Святой Церкви порочащее слово, злобный взгляд, непристойный жест – всё тут же становилось известным Великому Инквизитору и жестоко каралось его твёрдой рукой.

Сто двадцать лет минуло со дня окончания великой войны. Короли и магнаты ввергли мир в пучину мрака и хаоса, и сами исчезли без следа. Они ушли в небытие, оставив после себя только голод, разруху и смятение в душах людских. Мир оказался на грани. И тогда Великая Святая Церковь взяла на себя тяжкое бремя правления. И забрезжил свет надежды. И Господь вновь поселился в душах, укрепляя веру, и принося утешение. Но чёрное семя ереси, посеянное войной, дало всходы. На обильно сдобренной плотью людской, политой слезами людскими земле, взросли они и дали плоды свои. И тогда отринули многие Святую Веру. И кричали, чёрные рты разверзнув. И тянули грязные руки свои к Вере Святой. И пришла пора Великой Инквизиции. И вот уже сто лет клеймит она калёным железом и жжёт на кресте чёрную ересь, но нет этому ни конца, ни края.

С тихим шелестом, разъехались створки дверей. Вошёл послушник в белом плаще:

– О, Великий, Его Святейшество просит Вас к себе.

Качнув головой, Великий Инквизитор прервал свои думы, и напевно произнёс:

– Передай Понтифику, что я буду сей же час.

Его Святейшество, Папа Григорий десятый – двести восемьдесят второй понтифик Ватикана, был встревожен. За долгие годы, Великий Инквизитор научился распознавать его состояние по едва заметным и видимым только ему, признакам.

– Томас. – Его голос звучал тихо и вкрадчиво. – Меня тревожит этот доктор Брун. Я долго размышлял, и мне пришло озарение. Если Брун достигнет положительных результатов в своих исследованиях – это станет самым сокрушительным поражением Христианства за всю историю существования. Мы не можем рисковать и допустить сего. Потому в ближайшие дни, он должен быть схвачен, обвинён в колдовстве и ереси, подвергнут допросу и изобличён. В ходе Ординарной Консистории ему будет предложено продолжить свои работы под контролем Святой Церкви. Если он откажется, тогда – Ауто да фе.

– Может не торопиться, Понтифик? В группе работает наш осведомитель. Нам известно место нахождения лаборатории. Ежедневно мы получаем исчерпывающую информацию о ходе экспериментов. Мы можем прекратить его деятельность в любой момент. Не лучше ли дождаться положительных результатов? Ведь, согласитесь, это будет величайшим открытием за всю историю существования человечества.

Брови понтифика чуть дрогнули. Он подался вперёд всем телом:

– Это будет величайшей и опаснейшей, за всю историю человечества, ересью, отрицающей смертность и подрывающей устои Христианства – веру в загробную жизнь. – Понтифик вновь откинулся на спинку стула. Он внимательно всмотрелся в лицо Великого Инквизитора. – Наверное, это очень сильный колдун, если ему удалось поколебать веру даже такого ревностного христианина, как ты, Томас?

– Моя вера непоколебима, Понтифик. Сегодня же всё будет сделано.

– Господь с тобой, сын мой.

2

Вернувшись к себе, Инквизитор привел в действие транслятор.

– В течение часа подготовить две группы. Первая – пятнадцать киборгов. Задача – штурм. Вторая – тридцать киборгов. Задача – оцепление и зачистка. Придать подразделениям два грузовых транспорта. Уровень секретности – высший. Командиры подразделений прибудут через тридцать минут.

Закончив с распоряжениями, он обратил взгляд на киборгов, стоящих у двери:

– Михаил, ко мне! – Глаза первого киборга засветились голубым светом, и он тихо приблизился. Инквизитор подключил его к серверу. Началась загрузка информации. – Внимание! – Инквизитор повысил голос. – Задача – руководство операцией и командование штурмовой группой. Учёных Бруна и Ченига захватить. Остальных уничтожить. Извлечь максимум информации и всё оборудование. Осуществить полную зачистку. Уровень секретности – высший. Операцию провести максимально быстро. С потерями не считаться. Контроль – в режиме онлайн.

– Я готов, о, Великий. – Киборг замер в ожидании.

Пётр, ко мне! – Второй киборг приблизился, вспыхивая в полумраке голубизной глаз. Инквизитор проделал с ним ту же процедуру, что и с первым. – Внимание! Задача – заместитель и командующий группой оцепления. В течение операции исключить проникновение внутрь периметра и из него. Полная зачистка по завершении штурма. Уровень секретности – высший.

– Я готов, о, Великий.

– Ступайте с богом.

3

По липким стенам главного коллектора бывшей городской станции очистки отходов, мутными потоками стекали нечистоты. Показавшееся из-за горизонта солнце, подкрасило розовым, опустившийся ночью туман. У входа в коллектор, за обломком бетонной стены укрылись двое часовых. Осматривая прилегающую территорию, они слушали эфир и тихо беседовали.

– Ты представляешь себе вечную жизнь? Я, вот, никак не могу.

– А мне, главное дочь вылечить. А, что до вечной жизни – так мне и эта уже осточертела. Осточертело так жить – голод и страх, страх и голод. Если ты не в братстве – значит ты уже, как бы, и не человек.

– Э нет. Не скажи. Живя вечно, всё можно будет пережить.

– А эти чёртовы монахи тоже будут вечно жить?

– Мы их победим!

– Да, да. Что-то не очень-то у нас пока получается.

– Всё равно победим.

– А если все буду жить вечно, куда девать рождающихся?

– Тихо! Слышишь?!

– Нет. Что там?

– Вроде шипит.

– Да нет. Это в отстойниках.

– А мне кажется, что шипит.

Смешиваясь с туманом, газ заполнил коллектор. Последнее, что часовые увидели, умирая – это быстро приближающиеся голубые глаза киборгов.

4

Великий Инквизитор следил за ходом операции, не отрываясь от мониторов транслятора. На экране, в клубах газа, мелькали испуганные удивлённые лица людей, чёрные фигуры киборгов, розовые вспышки плазмотронов, вскинутые вверх руки, падающие тела. По стенам и потолку метались серые изогнутые тени. В огромных трубах коллектора эхом отдавались выстрелы, вскрики и стоны умирающих, грохот шагов. Киборги действовали быстро и с математической точностью. Через несколько мгновений звуки постепенно утихли, и всё заволокло газом. С минуту транслятор молчал. Затем раздался скрипучий голос Михаила:

– Штурмовая операция завершена. Задача выполнена. Потерь нет. Продолжительность операции – одна минута восемнадцать секунд.

– Начинайте следующий этап!

5

Когда Инквизитор вошёл, Понтифик сидел за письменным столом, возложив руку на Святое распятье.

– Операция завершена, Ваше святейшество. Брун захвачен.

– Слава господу нашему, Иисусу Христу! – Понтифик надавил кнопку под крышкой стола. Тут же вошёл послушник.

– Во все информационные каналы. Сегодня, Святой Инквизицией, предотвращён очередной акт колдовства. Известный колдун и еретик, называющий себя доктором Бруном, изобличён и схвачен. И второе! Срочно созвать Ординарную Консисторию.

Послушник спешно удалился, шурша полами плаща. Понтифик жестом пригласил Инквизитора сесть.

– Послушай, Томас! Я слышал об этом Бруне. Говорят, он никогда не поступается своими принципами. Меня это тревожит.

– Что же опасного, Ваше Святейшество?

– Он может не принять предложения о работе под контролем церкви, и тогда…

– Тогда он будет сожжён.

– Да. Но кто же станет его палачом?

– Вот в чём дело! – Инквизитор криво усмехнулся. – Его Святейшество может не волноваться. Палачом будет Джова Чениг – это человек, доносивший на Бруна. Он подал прошение о вступлении в братство, и готов на всё ради плаща послушника.

– Это похвально, но разве братство не порицает убийства?!

– Он ещё не в братстве, и пусть, для начала, справится с обязанностями палача. – Инквизитор холодно посмотрел в, непроницаемые глаза Понтифика.

– Ступай, сын мой. Я буду молиться за тебя.

6

Зал консисторий Апостольского дворца был полон. Понтифик уже занял своё место на троне. Ниже восседали Великий Инквизитор и два секретаря. Ещё ниже, метрах в десяти от трона, была установлена стальная клетка.

За клеткой, посреди зала лежал крест. Чёрный и гладкий, около десяти метров в длину, он искрился всеми цветами радуги и тихо потрескивал. Кардиналы расселись вдоль боковых стен, раскрасив трибуны кроваво-красным цветом своих сутан. Великий Инквизитор поднял руку. Общий гул стих. Два киборга ввели в зал доктора Бруна.

Синие линялые джинсы, стоптанные ботинки, белый халат, перепачканный во время захвата, из-под которого выбился воротник, клетчатой рубахи. Его тёмно-русые волосы были взлохмачены, над улыбающимися губами, узкой полоской темнели усы, впалые небритые щёки чуть побледнели, но искрящиеся глаза смотрели смело и изучающе.

Когда за Бруном захлопнулась дверь клетки, в зале наступила гробовая тишина. Великий Инквизитор заговорил, обращаясь к Бруну:

– Джордан Брун, вы обвиняетесь в колдовстве и ереси. Готовы ли вы признать свою вину и раскаяться?

– Я простой врач, и чудеса, не по моей части. Мне не в чем раскаиваться.

– Но вы не станете отрицать, что высказывали сомнения в отношении божественного начала всего сущего, оскорбляя, тем самым имя создателя.

– Нельзя оскорбить, того, кто не существует.

По залу прокатился ропот.

– Вы кощунствуете!

– Неужели?

– Введите свидетеля!

Киборги ввели в зал худощавого, черноволосого мужчину. На нём был такой же белый халат, как на докторе Бруне. Руки глубоко запрятаны в карманы серых брюк. Втянутая в плечи голова, заострённый нос, виноватая улыбка, бегающие по сторонам глаза.

– Здравствуй, Джова! Весёлый сегодня выдался денёк! – Голос Бруна прозвучал звонко и приветливо.

Свидетеля подвели к инквизитору и опустили на колени.

– Джова Чениг! Возложи ладонь на библию и поклянись говорить правду.

– Клянусь.

– Вы знаете этого человека?

– Да.

– Как его зовут?

– Это доктор Джордан Брун.

– Откуда вы его знаете?

– Я занимался в его группе исследованиями, связанными с продлением жизни человека.

– Насколько успешно?

– Возраст сто пятьдесят-триста лет уже не предел.

– Какова была цель исследований?

– Вечная жизнь.

Послышались тихие вздохи и приглушённые возгласы с трибун.

– Что доктор Брун использовал в экспериментах?

– Подопытных животных.

– Каких?

– Крысы, жабы, летучие мыши, кошки, собаки. Была свинья.

– Проводил ли, доктор Брун, эксперименты над людьми?

– Да. Два раза. Оба неудачно.

– Люди погибли?

– Нет. Просто имплантат был отторгнут организмом подопытного.

– Обвиняемый, вы подтверждаете это?

– Да.

– Джова Чениг, не замечали ли вы за доктором Бруном, каких либо действий, ну скажем, не связанных напрямую, но каким-то неестественным образом оказывающих влияние на ход экспериментов?

– Да, замечал.

– Что это были за действия?

– Однажды, я видел, как доктор Брун готовил какой-то порошок.

– Что это за порошок? Из чего, доктор Брун, его приготовил?

– Он растолок сушёную голову петуха, за тем добавил золы и свиную желчь.

– Доктор Брун, что-то говорил при этом?

– Да. Он что-то шептал, но я не разобрал слов.

– Что дальше?

– Потом я видел, как доктор Брун тайно добавил порошок в еду пациента.

– И на, что же это походило?

– Всё это было похоже на колдовство.

– Доктор Брун, что вы скажете на это?

Брун, с улыбкой глянул на Ченига:

– Один из охранников простудился, и у него начались проблемы с простатой. Я просто приготовил лекарство из того, что имел на тот момент под руками. А, что касается бормотания, так я всегда напеваю в процессе работы.

– Джова Чениг, это правда?

– Нет. Доктор Брун использовал порошок для колдовства. – Чениг втянул голову в плечи и опустил глаза.

– Что скажете, обвиняемый?

– Ничего.

– Доктор Брун, вам известно, что давать или отнимать жизнь – удел Всевышнего.

– Он мне об этом не сообщал.

По залу вновь пробежал ропот негодования.

– Вы снова кощунствуете, доктор Брун.

– Что вы говорите?

– Обвиняемый, так как же вы собирались сделать жизнь вечной?

– Да всё просто! – Брун запустил руку под ворот рубахи и извлёк искрящийся зелёным светом шарик, размером с горошину. Киборги двинулись в сторону клетки, но Инквизитор остановил их движением руки. – Это имплантат – биологический стимулятор. Вживляется в позвоночный столб под затылком. Достаточно прижать его к основанию черепа, выше первого позвонка, или положить в рот, а всё остальное он сделает сам. Через два часа – полное слияние с телом пациента. Стимулирует выработку организмом своих стволовых клеток, работу гипоталамуса и гипофиза. Энергетическая производительность митохондрий увеличивается в разы. Между прочим, единственный экземпляр. Может, есть желающие испытать?

– Ты всё-таки добился?! – Голос Ченига эхом отразился от стен. Зависть и сожаление прозвучали в этом возгласе.

– Да Джова. Ты уж извини, но мы знали, что ты связан с инквизицией, и основные исследования проводили без тебя.

– Но без экспериментов…

– Это второй экземпляр. – Брун вновь поднял имплантат над головой. – Первый, уже месяц, как успешно имплантирован, и в этот раз отторжения не произошло.

Зал загудел.

Инквизитор поднялся со своего места:

– Доктор, вы можете назвать имя человека, которому имплантировано это устройство?

– Хм. Конечно, нет.

– Доктор, вы отдаёте себе отчёт в том, что вы делаете?!

– А ВЫ?! – Брун тряхнул головой. Его звонкий голос прорезал тишину зала и эхом разлетелся по нему. – А что ВЫ делаете?! В этом ВЫ отдаёте себе отчёт?!

Глаза Бруна и Великого Инквизитора встретились. Великий Инквизитор с надеждой искал во взгляде учёного хотя бы каплю страха, смятения или сожаления. Но глаза доктора Бруна искрились весельем и мужеством. Инквизитор первым отвёл взгляд и огласил приговор:

– Джордан Брун! Опираясь на свидетельство очевидца, с коими вы согласились, а так же на вещественные доказательства, изъятые из лаборатории, вы признаётесь виновным в колдовстве, ереси и нападках на Святую Церковь, и приговариваетесь к смертной казни, через сожжение на кресте.

– А что же мы будем делать с этим?! – Брун слегка подбрасывал на ладони искрящийся жизнью зелёный шарик. Наступила гробовая тишина. Десятки глаз следили за каждым движением доктора. Его глаза засветились озорством. Он исподлобья глянул на Папу – Что скажете, понтифик?

Инквизитор, между тем, продолжал говорить:

– Но если вы, раскаявшись, согласитесь сотрудничать…

– Вы шутите?!

– … то вам будет сохранена жизнь.

– Никогда!!

– Приговор будет приведён в исполнение здесь и сейчас.

– СЖЕЧЬ – НЕ ЗНАЧИТ ОПРОВЕРГНУТЬ! – Брун сжал имплантат в кулаке и размахнулся.

– Остановите его!!! – Голос Папы прозвучал в тишине резко и с надрывом. Киборги бросились к клетке. Зелёная горошина, сверкая, взлетела в воздух.

По залу пронёсся общий вздох. Имплантат завис на секунду над трибунами, отведёнными для кардиналов. Десятки рук со сморщенной покрытой коричневыми пятнами кожей взметнулись вверх. Десятки старческих тел смешались в одну колышущуюся массу. Они отталкивали друг друга, били кулаками, рвали красные сутаны. Лица исказились гримасами ненависти.

– Прекратить! – Голос Великого Инквизитора потонул в общем гвалте. Никто не слушал его. Глаза кардиналов устремились вверх, навстречу вечной жизни. А шарик, сверкнув в воздухе зелёной искрой, скользнул вниз, подобно крошечному болиду. Миновав десятки вытянутых ему навстречу старческих рук, он исчез среди сплетения судорожно дёргающихся тел. Ударившись о доски трибуны, он некоторое время катился по одной из них, и затем, едва не раздавленный в толчее мечущихся ног, провалился в щель.

– Стража!!

Тяжёлые двери распахнулись, и Зал консисторий заполнили черные фигуры киборгов. Они начали методично и быстро колоть бока и зады упавших на колени кардиналов шокерами, разгоняя их по местам. Два киборга выволокли хохочущего Бруна из клетки. Он изо всех сил пытался вырваться из железных объятий стражников, и сквозь смех кричал:

– Смотрите, понтифик! Вот во что они верят истинно! Вот их истинная вера! По сравнению с моей вечной жизнью, ваша загробная жизнь – ничто.

Один из киборгов ударил его в горло. Брун захлебнулся и обмяк. Его спешно поволокли к кресту.

Когда порядок был восстановлен, и задыхающиеся измятые кардиналы вновь расселись по местам, Инквизитор положил руку на плечо Джовы Ченига:

– Следуй за мной!

7

Они взошли на балкон – Чениг первым, Великий Инквизитор за ним.

Белый мрамор полов. Стены в красных гобеленах. У стены пульт. На белоснежной панели пульта два овальных сенсора. Синий и красный.

Чениг замер, преодолев последнюю ступень лестницы.

– Подойди к пульту, сын мой и положи левую руку на синий овал. – Напевно произнёс Инквизитор.

Чениг стоял на месте.

– Чего же ты ждёшь?! – Голос Инквизитора зазвучал жёстче. Он взял Ченига за плечи, и рывком развернул его к себе лицом. По щекам Ченига текли слёзы.

– Подойди к пульту! – Инквизитор хлестнул его по лицу, тыльной стороной кисти.

– За что, о Великий?! – Чениг упал на колени. – Я столько сделал для Вас!

– Ты исполнял свой долг перед Святой Церковью. А я, лишь смиренный сын её. – Инквизитор ударил Ченига ногой. – Быстро к пульту!!

Тот упал на бок, и, прикрываясь рукой, медленно пополз. Кровь, большими каплями, падала из разбитого носа на белый мраморный пол. Инквизитор медленно следовал за ним.

– Это последнее испытание, сын мой. Оно всегда самое трудное. Казнив еретика, ты получишь белый плащ послушника и станешь одним из нас. Только пройдя через страдания, душевные и телесные, попадаем мы в лоно Церкви Святой. И только она сможет избавить нас от мук и грехов наших.

Между тем, Чениг, добрался до пульта и встал на ноги. Он опёрся руками о его поверхность, измазав сверкающую белизной панель кровью. Два сенсора, в форме больших овалов, матово светились в полумраке. Отсюда весь зал был виден, как на ладони. Доктор Брун, абсолютно голый, уже лежал на кресте, распятый и пристёгнутый к нему сверкающими обручами. Его лицо озаряла улыбка.

Инквизитор приблизился к Ченигу вплотную.

– Положи левую ладонь на синий овал.

Чениг исполнил. Овал ярко вспыхнул, просвечивая сквозь ладонь, Ченига, от чего она казалась фиолетовой. Крест, с телом распятого доктора Бруна, начал медленно подниматься, пока не встал вертикально. Кардиналы сложили ладони у груди. В середину зала вышел послушник. Протянув сложенные ладони к кресту, он начал читать на латыни. После каждой произнесённой фразы он выдерживал паузу, во время которой кардиналы хором произносили слово «Амен». Доктор Брун глядел с высоты на всех светлым взглядом и улыбался.

Но вот, в зале наступила полная тишина, нарушаемая только тихим гудением, исходящим от креста.

– Теперь положи правую ладонь на красный овал. – Голос Инквизитора звучал глухо, но настойчиво.

Голова Ченига опустилась. Его плечи вздрогнули. Поднятая рука замерла над красным сенсором.

– Клади-и! – Инквизитор шипел сквозь зубы. – Клади же!!

– Я не смогу! – Чениг начал оседать. – Я не смогу убить его!!

– Сможешь!!! – В руках Инквизитора блеснул стилет. Схватив слабеющего Ченига за шиворот, он подтянул его вверх и приставил стилет к горлу. – Это твои доносы привели его сюда! – шептал Инквизитор ему в ухо. – Ты свидетельствовал против него и клялся на библии! А теперь ты говоришь, что не сможешь?! Клади руку или я проткну тебе глотку!!

– Джордан, прости меня!!! – Чениг взвыл, обливаясь слезами, и его перепачканная кровью ладонь, опустилась на красный овал. Овал вспыхнул, окрасив ладонь Ченига кроваво–красным светом.

Прозвучал мелодичный сигнал, и приятный женский голос сообщил:

– ВНИМАНИЕ! ВЫСОКОЕ СВЕТОВОЕ ИЗЛУЧЕНИЕ! НАДЕНЬТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ОЧКИ!

По залу пошло шумное волнение. Все извлекали темные кварцевые очки из раскрывшихся подлокотников кресел, и надевали их, становясь похожими на кротов. Через несколько секунд женский голос произнёс:

– ВНИМАНИЕ! НАЧИНАЕТСЯ ПРОЦЕСС ИОНИЗАЦИИ!

Уровень освещения плавно снизился. Из-под креста бесшумно поднялся полый стеклянный цилиндр. Распятый Брун оказался внутри прозрачной трубы, поднимающейся от пола до потолка в виде колонны. Гудение усилилось. Его тональность начала возрастать. Вот, тело доктора Бруна судорожно дёрнулось и невероятно изогнулось. Лицо исказила страшная гримаса. Рот широко открылся. По кресту пошли светящиеся розовые пятна. Сквозь дергающееся тело доктора Бруна, к стенам цилиндра, протянулись фиолетовые, непрерывно изгибающиеся лучи. Каждый луч оканчивался ярко розовым конусом, упирающимся основанием в стену цилиндра. Лучи, непрерывно пробегая по телу доктора, ощупывали стекло конусами, то сливаясь и исчезая, то появляясь вновь. Это продлилось несколько мгновений. Гудение переросло в свист. За тем раздался мягкий хлопок, и цилиндр заполнился фиолетовым туманом. Тело доктора Бруна исчезло. Еще через секунду, мощные вентиляторы вытянули туман прочь и женский голос сообщил:

– ПРОЦЕСС ИОНИЗАЦИИ ЗАВЕРШЁН!

Зал вновь наполнился светом. Внутри цилиндра ударили горячие струи воды, смывая с поверхности креста пригоревшие фрагменты плоти. Папа спешно удалился в свой кабинет. Кардиналы расходились, не глядя в глаза друг другу, и лишь не многие из них делились впечатлениями об увиденном.

8

На балконе, у пульта, на коленях стоял Джова Чениг. По его измазанному кровью лицу, расплылась слюнявая улыбка. Он подобострастно снизу-вверх заглядывал в лицо Инквизитора и гнусавил:

– О Великий, я исполнил волю Всевышнего. Теперь Святая Церковь примет меня в своё лоно, и я буду обласкан ею и братьями.

Инквизитор положил руку на голову Ченига. Его лицо побледнело. Посиневшие губы брезгливо изогнулись:

– Никогда, такая мерзкая тварь как ты, не станет моим братом!

Ухвативши за волосы, он рывком откинул голову Ченига назад и, по самую гарду, вогнал холодный клинок в его шею. Кровь ударила фонтаном. Хватая воздух ртом, Чениг повалился на пол. На его лице застыла гримаса ужаса и удивления. Инквизитор опустил руку и нажал скрытый внизу пульта сенсор. Белый мраморный пол разошёлся, и ещё дёргающееся в конвульсиях тело Ченига провалилось в небытие. Плиты пола вновь сошлись с лёгким шорохом. Из открывшейся в стене ниши выкатился дрон-уборщик. Он смывал кровь и деловито гудел, полируя плиты пола. Инквизитор спустился по мраморным ступеням и покинул опустевший Зал консисторий. После того, как за ним закрылись двери, свет в зале медленно погас.

9

Большая серая крыса, постукивая об пол голым хвостом, осторожно вышла в центр зала и замерла, всматриваясь в полумрак черными бусинками глаз. Её нос непрерывно дёргался, обнюхивая наступившую тишину. Убедившись, что ничего вокруг ей не угрожает, крыса, быстро перебирая короткими лапками, перебежала под трибуны и снова замерла.

Там, между деревянными распорками, среди свалявшихся комков пыли, переливаясь всеми оттенками зелёного, искрился маленький, напоминающий размерами горошину, шарик. Крыса осторожно приблизилась и обнюхала его. Глаза-бусинки алчно блестели. Наконец решившись, она прыгнула вперёд и схватила шарик зубами. Имплантат ярко вспыхнул и, разбрасывая зелёные искры, с шипением погрузился в голову животного. Пронзительно пискнув, крыса метнулась к стене и скрылась в дыре за плинтусом.

Как вам пост?

Оценили

Алексей Валериевич+5
Ольга Гарбузова+5
Олег Шумов+5
ещё 2
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!